Судьба романа. Судьба писателя

Критика «Молодой гвардии» А.Фадеева.

Критике – грубой, разносной – в 40-е годы был подвергнут не один Фадеев. Мы говорили уже о судьбе Зощенко и Ахматовой. Резкой критике был подвергнут и Андрей Платонов за его рассказ «Возвращение» («Семья Ивановых»). Но критика Зощенко, Ахматовой, Исаковского, Платонова – по своему, так сказать, «эффекту воздействия» – это еще «цветочки». Это было трудно понять, но еще как-то можно было понять. А вот удар по Фадееву ошеломил всех. Ведь Фадеев был первым лицом в Союзе писателей, был вхож в кабинет Сталина

Роман Фадеева «Молодая гвардия» печатался в 1945 году в «Комсомольской правде» из номера в номер. В 1946 г. вышел отдельным изданием. Роман имел совершенно ошеломляющий, триумфальный успех. Сразу же появилось множество изданий, в том числе за рубежом.

Появилось много театральных спектаклей – инсценировок фадеевского романа, был снят яркий фильм Сергея Герасимова. Короче говоря, полный триумф. И вдруг – неожиданный, ошеломляющий удар. Что же все-таки произошло?

Осенью 1947 года в тогдашнем официозе – газете «Культура и жизнь» – появилась редакционная (без подписи) статья под названием «Молодая гвардия» на сценах наших театров». Внешне это была статья как будто о театральных инсценировках фадеевского романа. Но по существу критика велась в адрес самого романа и его автора. Причем дело усугублялось тем, что установки для статьи – это не было тогда секретом в литературной среде – дал непосредственно Сталин.

В статье отмечался ряд частных недостатков романа: говорилось, например, о неудачном, не получившемся образе генерала по прозвищу Колобок; о том, что автор сделал своего Олега Кошевого как бы человеком без возраста, – в том смысле, что этот 16-летний юноша произносит в романе речи, философские тирады, которые естественнее были бы в устах не мальчика, а умудренного жизнью мужа; критиковался также образ коммуниста Шульги – за то, что тот так легко доверился предателю Игнату Фомину, и т.д. Фадеева упрекали в слишком мрачном изображении сцен отступления и паники при взятии немцами Краснодона. Но все эти критические замечания – пустяки по сравнению с главным обвинением. Суть критики была в другом.

В начале статьи выдвигался следующий тезис: «Подвиг героев Краснодона был прямым результатом многолетней деятельности партии по воспитанию советских людей в духе коммунизма»

И далее вся логика статьи сводилась к тому, что в романе Фадеева именно это, самое главное – воспитательная деятельность партии, ее руководящая роль в краснодонском подполье – не показано. А в качестве вывода следовало прямое требование к писателю: переделать роман. Показать коммунистическое подполье, которое руководило молодежной комсомольской организацией, раскрыть руководящую и воспитательную роль партии в Отечественной войне.

Требования, предъявленные писателю, буквально перечеркивали его роман – потому что противоречили, были диаметрально противоположны его художественной концепции (не иделологической). Рубили ее буквально под корень!

В чем заключаласьконцепция первой редакции?

В результате неожиданного немецкого наступления и поспешной, плохо организованной эвакуации подполье в Краснодоне было организовано недостаточно продуманно и четко.

Вследствие этого стихийно возникшая молодежная организация оказалась предоставленной самой себе, в одиночестве, без связи и руководства. И по одиночке, каждый сам по себе, вне организации, до возникновения «Молодой гвардии», и как организация, молодые люди – по существу школьники еще, мальчики и девочки,– действуют по своей инициативе, свободно выбирая свою судьбу.

Вот эта мысль об одиночестве, связанном с необходимостью принять решение, – очень существенна, она озаряла каждую строчку романа, была зерном его замысла.

Это именно романная идея. И реализована она была в первой редакции не в реалистическом, а в романтическом ключе: Фадеев писал, как он сам говорил, поэму о молодежи. Именно она, эта ключевая идея, была проигнорирована грубой, нормативной критикой (и художественный, поэтический способ ее выражения – тоже).

Показать подвиг как результат руководящей деятельности партии – это значило переделать романтическое произведение в реалистическое (произведение социалистического реализма). разрушить жанровую форму – трансформировать поэму в прозе в документально-историческое повествование или – в лучшем случае – в некий гибрид реалистического исторического повествования с романтическими сценами и авторскими лирико-философскими размышлениями.

Как ни крути – это было требование написать другой роман.

Но Фадеев принял критику и засел за переделку романа: во-первых для него имело большое значение мнение партии, а во-вторых, к тому времени в Краснодоне были обнаружены военные архивы, из которых следовало, что коммунистическое подполье там действительно было и оно было связано с организацией «Молодая гвардия».

Эта мучительная работа заняла 4 года – вчетверо больше времени, чем потребовалось писателю для создания первой редакции (и стоила автору неизмеримо больше крови и нервов). К чему свелась переработка?

Внешне она кажется вроде бы не очень значительной. Фадеев написал 7 новых глав, некоторые другие дополнил и частично откорректировал отдельные детали.

Что же получилось в результате переработки?

Ø С точки зрения исторической достоверности вторая редакция несколько ближе к реалиям, чем первая (хотя и не до конца – ведь и после 1952 года – года выхода 2-й редакции – обнаруживались неизвестные прежде факты и документы о краснодонской трагедии).

Ø В этой редакции история «Молодой гвардии» включена в общую панораму народной борьбы, в орбиту руководящей деятельности коммунистов-подпольщиков Лютикова и Проценко.

Ø Трансформировалась и форма романа – об этом я говорил выше.

Получился – при всей внешне, казалось бы, не очень значительной степени произведенных в тексте изменений – другой роман. И трудно отдать предпочтение одному перед другим, потому что это разные романы – с разной концепцией, разной идеей, – разные и по тональности, и по художественной структуре.

[1] Литературная газета, 1950, 3 августа.